Андрей Бугайский (abugaisky) wrote,
Андрей Бугайский
abugaisky

  • Mood:
  • Music:

Повторение пройденного: Бурден о ресторанах

Я уже выкладывал этот мой перевод куска из книжки Бурдена, но актуальность текста только возросла за последнее время, поэтому просто повторю его здесь.

"Богатые едят не так, как вы и я

<Бурден описывает поездку на остров Сен Барт со своей случайной спутницей – изрядно долбанутой восточно-европейской девушкой из очень богатой семьи. От других островов Карибского бассейна Сен Барт отличается модностью и популярностью в высших кругах и ценами в 5-10 раз выше обычных для этих мест>

Французы, которые управляли этой игровой площадкой зла, которые обслуживали её посетителей, хорошо знали своих клиентов и удовлетворяли их потребности, обирали их и обдуривали всеми традиционными способами – и несколькими новыми. Присядьте в баре на пляже, чтобы съесть гамбургер, и неожиданно музыка начинает унц-унц и появляются модели, продающие купальные костюмы – или ювелирные изделия. Это был мир заказов бутылками*) – имеется в виду, что вы платите за столик, а не за то, что на нём. Конечно, если вы не как моя новая спутница, у которой была привычка со смятением смотреть на идею, что кто-либо может платить за что-нибудь – и уж тем более она. Мужчины за 50 с пивными животиками, нависающими над плавками Спидо, танцевали с украинскими шлюхами с пневматическими сиськами – во время бранча. Переухоженные маленькие собачки в брильянтовых удавках гавкали и хватали за пятки. Официанты взирали на всех с отработанным видом заинтересованного презрения.

Был, однако, один проблеск света – или вдохновения – во всей этой тьме.
Один человек на острове понимал лучше других мир, в котором вращалась моя спутница. Художник, гений – человек, который один обладал этой способностью, дрючить богатых испытывая чистое удовольствие. Назовём его, для целей данной дискуссии, Робером, человеком, который принял на вооружение то, что можно описать как «модель ведения бизнеса Чиприани*)» в её наиболее крайнем, но вполне логичном развитии. И человек, который дал мне в некотором роде силу вынести всё это.

Чиприани, наряду с несколькими другими операторами и имитаторами, сделали, уже давно, замечательное открытие: что богатые международные придурки любят тусоваться среди своих и питаться условно приемлемой итальянской едой – и согласны платить невообразимые суммы денег за эту привилегию. Что ещё лучше, все люди, которые хотят выглядеть, как будто бы они тоже богатые международные придурки, тоже хотели бы в этом поучаствовать. Это клиентская база, из которой сделаны мечты. Если вы пойдёте в бар Харри*) в Венеции, вы получите тарелку вполне приличной еды – и Беллини*) отличные. Они просто до хрена стоят. Но они обращаются с вами с почтением и за окном в самом деле Венеция – где всё и так дорого. Я предполагаю, что Чиприани додумались до того, что если эта модель работает в Венеции, она будет работать и в Нью-Йорке. Что может быть двадцать девять долларов за миску спагетти с красным соусом это очень даже разумно.

В Нью-Йорке жестокая ирония итальянской еды состоит в том, что чем больше ингредиентов в вашей миске спагетти с красным соусом, и чем больше времени и шагов потрачено, чтобы её приготовить – чем дороже стоит её приготовить – тем меньше вероятность, что это будет вкусно. (И в меню это обычно будет дешевле).

Возьмите, однако, самые базовые, аутентичные, «точно как в Италии» спагетти al pomodoro: несколько унций хороших сухих макарон, несколько капель оливкового масла, чеснок, немного томата и листик базилика. Это обойдётся вам в двадцать девять долларов. А бокал, выпитый до того, будет стоить по меньшей мере семнадцать.

По сути, вы платите лишнее за то, чтобы кто-нибудь не портил вашу еду.
Многие из тех, кто с восторгом взирал на Чиприани, продвинулись ещё дальше, поняв, что приемлемая еда вовсе не необходима. Богатые международные придурки и те, кто их любит, будут счастливы платить такие деньги, чтобы набиться на крошечные банкетки из кукольного домика, щека к налитой Ботоксом скуле у «Нелло» – или тыкать в псевдо-китайскую еду на кладбищах убер-богачей, как «Мистер Чоу» и «Филипп»*).

Добавьте к смеси некоторых странным образом доступных дам из Восточной Европы, которые находят отвисшие мошонки весьма привлекательными. Вот вам рецепт успеха.

Но Робер на Сен Барте? Он всё это постиг. Он перенёс модель туда, где она должна была быть с самого начала, привёл все вещи к их стержневой степени уродства: нет нужды в приличной еде. Наоборот, вы можете последовательно и с большим тщанием и упорством, как он выяснил, подавать говно. Вам не нужны красивый зал, богатые скатерти, цветы или даже русские шлюхи. Вам нужно только приятное место (в этом случае патио на пляже со стенами из досок и палубой) и подход. В частности, вам нужна репутация вздорного выпендрёжника, которому посрать на всех и на всё. Тогда вы, как Робер, можете не только иметь богатых, вы можете передрючить всех и каждого из них персонально, просто перегибайте их через козлы по порядку и пяльте их в дымоход под их многократные благодарности.

В его ресторане за двадцать пять евро (тогда примерно тридцать пять баксов) можно получить несколько грамм холодной, неприправленной отварной чечевицы на очень большой тарелке. Чечевицы. Вот так. Примерно две столовые ложки её – без даже такой малости, как брусочек моркови или вялый кубик лука, чтобы отличить это от того, что какой-нибудь уличный мальчишка со скейтбордом и тряпочным мячиком ест прямо сейчас на парковке в Портленде. Примерная стоимость еды для Робера? Может два цента. Не стесняйтесь, однако, приправить маслом и уксусом. Их подают бесплатно.

На горячее есть варианты курицы и рыбы. Курица это одна ножка, которую сам Робер (это он, покрикивающий небритый тип без рубашки вон там, в фартуке, шортах и вьетнамках) лично спалит для вас до неузнаваемости. Ничего другого кроме карбонизации не удовлетворяет его выверенным стандартам. Робер предпримет дополнительные усилия чтобы угробить вашу курицу всякий и каждый раз. Люди, которые имели наглость в предотвращение этого подойти к грилю и предложить, чтобы заказ может быть не так пережаривали быстро оказывались на улице – рядом с Мадонной.

Вариант с рыбой это маленький, слегка вычищенный каменный окунь целиком, приготовленный с тем же вниманием к деталям – иначе говоря, спалённый в говно.

Цена этих услад суши и моря? Пятьдесят евро (примерно семьдесят баксов) за каждый.

Добавьте охлаждённую бутылку самого дешёвого розе из списка, чтобы укротить летний зной и, возможно, восстановить привкус лесного костра у вас во рту, и вы говорите про ленч за пятьсот долларов. Мерси – и хрен вам очень длинный.

И, тем не менее, они стоят в очереди, они умоляют, они пытаются подкупить, они плетут интриги, они громко шепчут в свои мобильные телефоны, друзьям в Сен-Тропе или Пунта дель Эсте или в Риме, пытаясь добраться до кого-нибудь имеющего влияние на ситуацию, так чтобы они могли проплыть лебедем на виду у менее удачливых смертных и триумфально усесться в Патио Богов.

Если, как говорят, «за каждым крупным состоянием стоит преступление», тогда, очевидно, многие из этих клиентов санкционировали всё разнообразие хладнокровного поведения ради пригоршни долларов то здесь, то там: перенос африканских деревень, затопление долин, обувание нестойких, сброс токсинов в колодцы и избавление от неудобных, когда требуют обстоятельства. Но для Робера они радостно обхватывают лодыжки.

И они даже не просят постимулировать им гениталии.
Просто молит о себе вопрос: почему?

Это вопрос, с которым я боролся ещё в начале своей карьеры, когда я нёс обязанности по наполнению подносов и гостиничных сковородок в Ленч-Клубе Рокфеллер-центра, где Хозяева Финансовой Вселенной каждый день обедали в нашем сраном буфете проклятых. Я удивлялся, что может заставить этих людей, которые единолично решали судьбы наций, капитанов индустрии, сказочно богатых жён сильных мира сего, отпрысков старинных европейских фамилий, которые даже не помнят, откуда взялись их деньги, почему эти люди прозябают в унылой обстановке ленч-клуба, или дерутся зубами и когтями, терзая тела своих друзей, чтобы поесть по-настоящему жуткой, оскорбительно переоценённой еды на немытой палубе у бассейна, где над ними куражится человек без статуса и без опоры, на которого они при обычных обстоятельствах спустили бы собак без лишних размышлений?

Зачем, если об этом говорить, терпеть абсурдную претенциозность и цены Мистера Чау – или Филиппа, или Нелло, или Чиприани – когда найдётся сотня ресторанов получше в нескольких минутах езды? Ужасная неделя на Сен Барте научила меня тому, что этот путешествующий слой мега-богатых людей, все из которых друг друга знают, больше всего другого стремится к успокаивающему осознанию, к заверениям, что они попадут в то же самое дрянное место, где и все остальные. Может быть, это объясняет, почему они все едут на те же вшивые пляжи – обычно узкие, галечные и невыразительные полосы зачастую дурно пахнущего песка, которые были бы неприемлемы для любого межеумочного «дикаря» с рюкзаком – и идут в те рестораны, мимо которых с презрением пройдёт любой упёртый на еде додик с веб-сайтом и несколькими долларами.

Попробуйте обсудить достоинства Нелло на chowhound.com, или похожем месте он-лайн встреч для знающих и упёртых на еде, и будьте готовы, что вас поместят в колодки. Так что же, почему люди, которые могут позволить себе есть где угодно, униженно позволяют содрать с себя оскорбительные суммы денег за еду, которая и в лучшие свои дни посредственна?

Догадка пришла ко мне на Сен Барте, когда я лежал в шезлонге, полупьяный в лунном свете, на заднем плане клубились разнообразные Каддафи и их гости. Возможно потому, что они настолько уродливы, эти «красивые» люди. Они носят ту же уродливую одежду, пошитую теми же старыми женоненавистниками – которые про себя уписываются должно быть от смеха, представляя как их клиентура постарше и побогаче втискивается в эти наряды… приводя к умозаключению, что сами творцы стиля, люди, которые решают что будут носить по всему миру в следующем году, кто красив, что «круто», а что «отстой», единообразно страшны за пределами воображения юных скаутов у походного костра. Просто посмотрите на приглашённых судей на «Project Runway» или «Следующая Топ-Модель Америки» – или на первый ряд публики на любом шоу о моде – и вы поймёте: более кургузых, менее привлекательных, хуже одетых клиентов трудно найти помимо как в пригородном Дресс Барн*). Рик Джеймс**) – в 70-е – никогда бы не смог надеть то, что Карл Лагерфельд носит ежедневно. Его бы со свистом прогнали со сцены. Если бы Донателла Версаче появилась на вашем пороге, предлагая продукцию Амвэй***), вы бы захлопнули дверь и два раза повернули замок – прежде чем позвонить соседям и предупредить их.

Когда я огляделся вокруг себя на пляже, я увидел в желчном свете своего несчастья всю степень ужаса этого острова д-ра Моро, на который я сознательно себя забросил. Весь спектр неудач пластической хирургии – прямо здесь, в открытую, кунсткамера плоти, которую при меньшем уровне доходов показывали бы в рыночных балаганах: перекошенные набок рты, губы, надутые до невероятности, щеки, заполненные узлами размером с мячик для гольфа, и лбы, натянутые так, что на них можно барабанить. Идентичные носы… глаза, отказывающиеся моргать и насилу закрывающиеся…

И рядом была моя спутница на тот вечер, в своей гладкой белой футболке за тысячу долларов. В поисках – в который раз – своего мобильного телефона.

Вполне закономерно, что управляющие ресторанов – и Робер – кормятся на этих людях. Они и должны. Они, в конце концов, в бизнесе желаний – выискивая, что удовлетворяет нужды и потребности их клиентов. Чего эти люди хотят на Сен Барте – как и везде, предполагаю я – это уверенно чувствовать себя среди других своего же пошиба – в месте, которое выберет любой другой из их набора. Обеспечить хотя бы, если уж ничего другого, так чтобы все присутствующие купились на ту же совместную иллюзию. Где никто не укажет на очевидное – что они слишком стары и уродливы, чтобы носить то, что они носят. Что хирургия не помогла. Что они не могут – и не должны, по делу – танцевать, больше никогда. Что они едят еду, к которой уборщик, который будет протирать столы после закрытия, не притронется в перчатках и каминными щипцами. Что остальные люди на этой планете, если бы достаточно из них знали, кто они на самом деле – и как они заработали свои деньги – быстро бы насадили их головы на пики.
В конце концов я просто ушёл."
------------------------------------------
*) bottle-service – заказ вина бутылками, а не бокалами, при этом столик практически обязательно бронируется заранее, стоимость бутылки может доходить до тысяч долларов
*) Cipriani – транснациональная группа рестораторов, организаторов крупных светских событий и пр.
*) Harry’s Bar – очень популярное и дорогое заведение в Венеции
*) Bellini - коктейль
*) Nello, Mr. Chow, Philippe – названия известных дорогих ресторанов в Нью-Йорке
*) Dress Barn – сеть магазинов дешёвой одежды, буквально «одёжный сарай»
**) Rick James (1964-2004) – афро-американский певец и исполнитель, известный помимо прочего крайне беспорядочным образом жизни
***) Amway - компания сетевого маркетинга по продаже средств бытовой химии
Tags: переводы, рестораны
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments